Главная > Новости > Образование > «Когда молодого учителя Валерия Зеноновича забирали в армию, за машиной бежали его ученики. С букетами сирени». Наш текст ко Дню Учителя, который вас растрогает


«Когда молодого учителя Валерия Зеноновича забирали в армию, за машиной бежали его ученики. С букетами сирени». Наш текст ко Дню Учителя, который вас растрогает

12:12, 01.10.2021 3166 Источник: gorod214.by

Их история любви началась классически – с легкой неприязни. Валере пришлось сдавать 7 вступительных экзаменов на филфак БГУ, а Фаина ничего не сдавала, потому что медалистка. Но легкие подколки в итоге закончились свадьбой – студенческой, комсомольской. А после окончания университета они приехали на самый север Беларуси, чтобы «поднимать советское образование». Эта история полна романтики, красоты и профессионального авантюризма.

Катерина Иванова

243113869_1989347514562313_8990990387620383858_n_1

Когда моя бабушка Фаина была примерно как моя семилетняя дочка Варя, ее семье спешно, за ночь, пришлось оставить родной дом. Был приказ сжечь деревню. Страна уже вовсю пылала, буквально пылала, и Верхнедвинский край тоже. Но семье бабушки и их соседям повезло – успели предупредить всех. Кто успел? Сами немцы. Люди бежали, и выбирать новое пристанище не приходилось: дали уголок за занавеской в доме, где была школа, и то счастье. Так маленькая Фаина стала невольным слушателем на уроках для старших ребят. И это ей понравилось. Вечером она выходила из-за занавески и становилась у доски, воображаемые ученики были внимательны, а она красноречива. От нее даже мел дефицитный (военные-то годы) прятали, подменяя на уголек. Вот так и пришло понимание, кем быть. Конечно, учителем!

А дедушка Валера, который вырос в Березинском районе, учителем быть не собирался. Его – на секундочку – мама назвала в честь Чкалова, путь был заказан. Только летное училище, куда ж еще! Об этом он мечтал, каждый день преодолевая путь с десяток километров в школу. Ранцев не было, жили очень скромно, потому книжки-тетрадки будущий директор школы носил в сапогах. А что, все так носили, время такое. В семье деда было четверо детей, отца расстреляли фашисты за помощь подпольщикам. На глазах у семьи. Мама и старшая сестричка Галя могли и не справиться с тремя резвыми мальчишками. Но справились – все университеты окончили, все в люди выбились. А еще мама моего дедушки прятала в своем доме еврея: нашли бы – ему смерть, и всей ее семье не уцелеть. Но укрывали, кормили и так спасли человека.

В летное училище дедушку не взяли, не прошел медкомиссию. Это была трагедия! Но это была и судьба. Юноша пошел покорять главный ВУЗ страны. И покорил, все 7 экзаменов сдал на «пятерки». Там и познакомился с Фаиной. Он брюнет, она блондинка, самая красивая пара на курсе так точно. Вместе везде: на демонстрации, на вечера национальной культуры, на целину. Вместе отстраивали послевоенный Минск, после лекций – на стройку, даже в главной газете страны об энтузиазме студентов писали. Слушали лекции преподавателей, которые не просто помнили БНР, которые были участниками событий. Уцелевших преподавателей, конечно. В остальном все как у молодежи в любые времена – праздники, танцы, дни рождения, вечера с гитарой и желание приодеться во что бы то ни стало. Только нынешние-то шикуют, а тогда и тарелку супа в студенческой столовой делили на двоих, денег впритык.

243369961_2678795019083753_1830513092448562694_n

Студенты-филологи, 50-е годы, БГУ (Валерий в очках)

А потом выпускной и распределение в Освею. Ехали очень воодушевленные, готовые менять местное образование, ставить смелые эксперименты и взращивать новое прогрессивное поколение. И это не преувеличение. Несколько лет назад через «Жди меня» подруга их юности Алла нашла меня, чтобы передать их письма. Долгие годы они поддерживали связь, десятилетиями. И когда я получила письма моих близких людей, а в письмах они младше меня нынешней на десяток лет… Это сложно передать, это ощущение рывка через время и совершенного нового понимания их и себя. Писали о том, что хотят новаторства, что дети сейчас «сложные, взрослых не всегда уважают, нужно все время доказывать свой авторитет». И что «но мы тут кое-что придумали». И ведь придумывали!

photo_2021-10-01_09-55-07

Молодой учитель Валерий Зенонович с первыми учениками

Жили в маленькой комнатке, быт был далек от идеального, но конспекты уроков и мероприятий писались до ночи, и писались азартно. Да что говорить: когда молодого учителя Валерия Зеноновича забирали в армию, за военной машиной бежали его ученики. С букетами сирени бежали. Представляете сейчас такое?

Со временем бабушка стала заместителем по воспитательной, а дед – директором. Но административные должности не стали поводом отказаться от творческого куража: у Фаины Макаровны в школьных театрализациях были задействованы все, от физрука до распоследнего хулигана. Хулиганов и неформальных лидеров она любила привлекать к самодеятельности, потому что прекрасно понимала, куда можно по делу пристроить их тщеславие и выпендреж. А дедушка был одержим шахматами, в его Сеньковской школе (деревня недалеко от Освеи) даже в коридорах стояли столики с шахматами. И вот реально же, играли дети.

243230099_1010271019806844_3298580153078352718_n_1

Методические материалы приходилось собирать из не пойми чего, а то и придумывать. Или привозить из турпоездок в Москву и Ленинград. Как-то я нашла в книжном шкафу стопку открыток-иллюстраций к «Войне и миру», роскошная вещь, такую дай на уроке – обязательно захочешь почитать. А еще меня поразило, что, когда дедушке уже было под 60, он все равно ходил на уроки с конспектами. Бабушка, которая уже не работала, могла их ему написать. Вы же понимаете, это не от незнания темы – это привычка, определенный образ мыслей, настройка. Часть творческого процесса, а школа – это ведь точно про творчество и сотворчество.



243428389_1440297929688886_465452141350560379_n_1

Молодые учителя Фаина и Валерий

Я совсем их не идеализирую. Точнее, не пытаюсь подрисовать по размытому временем контуру золоченые линии. В профессиональном плане – так точно. Многое я оценила, став взрослой, когда нашла бабушкины дневники, конспекты, интервью. Когда сумела понять рассказы деда. В 90-е, когда все в стране менялось, и в школах появился предмет «Мая Радзіма Беларусь», они радовались как дети. Просили в энный раз повторить меня всю цепочку Рагволодовичей, потому что дождались момента, когда наша история вышла на первый план. Первый урок 1 сентября 1991 года для белорусских школьников был посвящен юбилею Максима Богдановича – это был прорыв перестройки. И они тоже радовались, потому что наша культура наконец перестала рассматриваться как вторичная, закрытая крыльями великой русской. Все менялось. И то, о чем помнили некоторые преподаватели поствоенного БГУ, достигало финишной точки временного витка.

photo_2021-10-01_09-56-44

На школьном празднике. Фаина Вязевич крайняя слева

Мои бабушка и дедушка были обычными людьми, со своими недостатками и своими виражами жизненного пути. Но они были Учителями, и это не ограничивалось коридорами школы или стопкой тетрадей на столе. Они не переставали быть педагогами, даже когда в магазине с ними здоровался уже сам едва не пенсионер их первый ученик – он робел, он невпопад вспоминал то Печорина, то Лабановича, но сиял оттого, что его узнали. Не переставали быть педагогами, когда подсовывали мне правильные книжки, и когда вечером со слезами в глазах смотрели на уже не ослепительно красивого Вячеслава Тихонова в «Зале ожидания». В старом директоре («он же становился все белей»), который едва вписывается в новую реальность, узнавали и себя тоже.

Их карьера закончилась в конце 90-х, когда слов «рейтинги» и «мониторинг» не то, что не было – не было так много. Не было подарков-сертификатов не День Учителя и букетов из сухофруктов (например), не было профессиональных аниматоров на школьных праздниках, не было вайбер-чатов с коллегами и дистанционных планерок. Зато были горы конспектов от руки, в которых так ловко расставлялись цитаты, так точно продумывались дискуссии, так трогательно прописывались возможные реакции учеников. А еще были учительские посиделки дома, в которых находилось место и обсуждению «что надеть на экзамен», и спорам о нашумевшем «Чистилище», и воспоминаниям о такой сложной, голодной, но веселой юности.

Моих бабушки и дедушки уже давно нет. Как нет почти всех их близких друзей-коллег. Но я все время думаю о том, что бы они сказали сегодня – про школу, про время, про поколение, про конкурсы в педвузы и про жизнь вообще.

Пусть в вашей жизни, если вы еще юны, или жизни ваших детей или внуков будут Учителя, мнение которых (про школу/время/поколение) окажется очень значимо для вас. В нашем городе такие педагоги, конечно, есть. И сегодня они тоже, как и многие другие полочане, опора для добра, которое сейчас нам особенно необходимо.

Я рассказала вам о своих Учителях, а в комментариях к статье, в наших соцсетях, расскажите о своих. Кто повлиял на вас, кто запомнился на всю жизнь. Давайте таким образом поздравим их с праздником. Это будет самым искренним поздравлением.

Читайте такжеПолочанка Мария Потапова выступила в финале молодежной конференции TED. Спросили, как ей это удалось, и какую идею представляла девушка

«Только с тобой», (не)поющий Полоцк и кто лучший голос Беларуси: поговорили с артисткой и преподавателем вокала Екатериной Ляшенко

Чей космос, дешевый интернет от Илона Маска и телескоп на Аэродроме: интервью с популяризатором астрономии из Полоцка

Оставайтесь с нами в социальных сетях: 

facebook   social   insta   58cbe3ace31ff15adc715b82      







Не вижу код